«Карелия. Реальность Аномальной Зоны» Часть 2 — Рассказ Учителя

Рассказ Учителя

Когда вы с Орлом ушли, остался я, Медведь и Химик. У Химика крышу понесло напрочь. Медведь-шатун то отвалит куда-нибудь, то появится. Крыша же у всех едет. Химик ушел, но я знал, что он на гору не попадет, вернется. Через какое-то время появился Медведь, мы с ним немножко прошли вместе. Я сказал ему: «Ты давай иди, смотри дорогу». Дорогу-то мы потеряли. Медведь снова пропал.

Я немного прошел, смотрю большой камень метра полтора в высоту. Метров семь- восемь от камня, когда я обратил внимание, из-за него встают медведица и медвежонок.  Когда я увидел медвежонка, страха не было вообще. Страха зверя нет. Я просто головой осознаю, что она с медвежонком. За медвежонка испугается и порвет. Она не ягоду там искала, там ягоды нет, и валежника какого-то особого. Она встала и на меня смотрит, а я на нее. Нет времени, нет страха. Какое-то время мы смотрим друг на друга. Она легла на камень лапами. Всё на меня смотрит, я на нее. И опять времени нет. Я не понимаю, сколько времени мы смотрим друг на друга, но чувствую, что уже достаточно, и говорю ей: «Ну ладно, подруга, мне вон туда».

И она ушла с медвежонком. И я пошел. Это была реальная медведица с настоящим медвежонком. Страха нет. Культ идет по всей зоне, война миров, зверь тоже знает, особенно медведь.

Восьмерка крутится огненная. Мне казалось, что эту восьмерку видят все. Вот когда мы спуск начинали, я долго стоял и смотрел на нее, и все смотрели в ту сторону. И я еще говорил вам: «Не знаю, может быть, это опасно».

Самое интересное, что не видеть ее было не возможно. Ее видят все абсолютно, проезжающий мимо человек ее бы увидел. Вот настолько у вас было внимание сконцентрировано на другом, отвлечено. Вы не обращали на нее внимание. А это реальная огненная восьмерка с огненными щупальцами, они вращаются, эти щупальца, и как будто что-то хватают. Идеально симметрично все. Она огненного красного цвета.

Потом я осознаю, что вы уже на горе. Ноги у вас быстрые, и все у вас нормально. Но вы под восьмеркой, под потоком, и теперь что будет, то будет.

А я лег. Нагрузка тяжелая, все навалилось на меня,  Федоров, еще пару козлов. Их настроение наваливается на меня. И получается, это я же вывез людей, и вся зона сконцентрировалась на мне. Хорошо, что два лагеря было тогда, мы растянули действие зоны. Она не концентрировалась на подавление. Зона все равно подавляет такие вещи, рано или поздно. Поэтому и наши правила жесткие.

Медведя нет. Я встал, идет такая тропа, как лестница. И я пошел довольно легко вверх. Подъем градусов на тридцать. И я по этой тропинке, выхожу — площадка. Я прошел по ней метров сто. И начался опять спуск небольшой. Я иду, обзора нет большого, и когда деревья кончаются, вижу широкую тропу метров семь-восемь, и выхожу на площадку.  Вижу два солнца сразу — опять та же восьмерка, только восьмерка, наложенная друг на друга — вот, две монетки наложи. Два солнца и они пульсируют. И я вижу весь балтийский разлом целиком, но не водную часть. Я не знаю или это то, что будет, или это чистая паралелка. Вот представь, что ты видишь великий американский каньон сверху. На площадке стоишь и видишь этот каньон.

Но здесь не каньон, а разрез горы, скалы. И я вижу участки леса, все это каменный разрез. И я его вижу дальше, а земной же шар круглый. Но я его вижу эту округлость довольно далеко. И все-таки перспектива есть, и он все равно сужается. Я вижу огромный  разлом на площадке с двумя пульсирующими солнцами.

— А почему именно балтийский? — спросил я Саныча.

— А потому что идет такая информация, что это великий балтийский разлом. Идет название и два солнца. Но эти два солнца не дают опасной радиации. Я не ощущаю опасности. Обычно красно-оранжевый цвет все равно опасность. Но опасности нет. Это было состояние транса, и я опять теряюсь во времени в этом разломе, на этой площадке.

Я понимаю, что время уходить, начинаю спускаться назад. Лег в траву. Тут появился Медведь. А я уже никакой, полный спад энергетики. Попал в паралелку, естественно энергетика на спад. Медведь меня еще своей лапой придавил, давай тебе плечики помну, мануалку сделаю. Послал его.

Ну, пошли, а идти тяжело. И вот пошли мы с ним плутать. Плутали, плутали. Дошли до болотца, а чем дальше, тем больше топь. Не проваливаемся пока, трава. Я говорю Медведю: «Давай обойдем, а то провалимся». Вернулись правильно, где заходили в болотце. И тут видим, что лежат деревья: самое малое в диаметре метр, а так и до полутора доходит. И что характерно, что они лежат так, как можно краном деревья сложить. Завал, но лежат ровно. Я соображаю, что деревья отпилены. Это какую же пилу нужно, чтобы метровые деревья ровно так отпилить. Я вижу толстый слой коры, потом толстый слой дерева, а внутри, как будто все уже сгнило. Сгнило, и там пустота. Я знаю, что там пустота, но это просто черное — пелена темной энергии. Медведь говорит: «О! Сейчас мы по этим бревнышкам и поднимемся наверх, через болото».

Я говорю ему: «Но как? Я чувствую от них исходящую опасность. Вон смотри, они же гнилые».

Он говорит: «Да нет, они же целые». А он эту черную пелену воспринимает за целое дерево.

Я говорю: «Смотри, когда полезем, они будут держать. А потом как рухнем. Энергетика здесь бешеная, темная. Можем не выбраться. И так ходим по порталам. Восьмерка крутится». А завал высокий, и энергетика как в фильме «Кладбище домашних животных». И Медведя я отговорил. Отправил его дорогу искать.

Медведь ушел. Я прошел какое-то время, там опять подъем. И я нахожу шест — легкий-легкий, прочный-прочный. Я знаю, что эту палку оставил Орел. Он ее воткнул на тропе специально для меня. Я понимаю, что надо выходить. По моему времени прошло суток двое. И я понимаю, почему все течет, и вся нагрузка сконцентрирована на мне. Я привез людей. Я понимаю, что практически у меня инфаркт. Что вот эту нагрузку не реально выдержать человеческому существу. Инфаркт и все. С инфарктом люди умирают, не шевелятся. Но я живу, и все нормально. Я знаю, что меня ищут уже. На подсознании слышу, что машина сигналит. Время уже много прошло.

Что еще было, я не хочу описывать. Не потому что не хочу, а потому что людям это еще не надо. Я разговаривать с зоной начинаю. Понимаю, что зона от меня хочет. Все будет нормально. Зверь человека здесь не тронет. Все будет чудесно.

Я не выдержал бы такой нагрузки, да никто бы не выдержал. И сердце же болит. У кого был инфаркт, тот знает, что такое жжение в груди, рука, нога отнимается. Внутренний диалог с зоной. И я знаю, что она мне сейчас поможет. Я выхожу, площадочка, ельничек такой редкий и камень. На нем лед. Понятное дело, что в июне никакого льда быть не может. Но здесь все возможно, это помощь зоны. Я на камень ложусь, ощущения — чистый лед. Ложусь сердцем, и пока лед не растаял. И лед растаял, в это время Орел сигналит, все кричат. Я понимаю, что я вышел, что, не известно каким образом, зона вынесла меня к людям, что они рядом.

— На самом деле, там была только одна ночь, — сказал я, вспоминая подробности тех событий.

— Да, но у меня прошло около двух суток. Я не за кого не волновался. За Химика только — крышу рванет, может что-нибудь натворить. Медведь вышел раньше, он уже искал меня.

Видишь, зона реагирует на плохих людей очень характерно. Как с Федоровым получилось. Первую экспедицию он никуда не выходил, боялся. Ходил, баламутил всех. Тогда мне было не до него, да и вообще не до того лагеря. Разобраться надо было.

Во вторую экспедицию я сказал ему: «Не бери жену с собой. Она тебе гадит, она не дает жить тебе». Они двести метров от лагеря по дорожке отойдут и шу-шу-шу. На этой почве его колбасит. Он просто трус. Он элементарно трус по жизни. И от него же энергия идет отрицательная. Он с людьми же еще там работал. Я говорю ему, объясни вот это, вот это. Идет полное отрицание.

Теперь проход. Медведь уперся, говорит: «Нет, я пойду один по гряде, против часовой стрелки и все равно выйду». С Вороном пошли несколько нормальных ребят, и с ними должен был идти Федоров. На маршрут их всех повез Орел, до кратера. Отвез, и Медведь ушел сразу, один. Ворон и еще пару ребят пошли в указанном направлении, а Федорову он показал самое легкое направление. Он его одного отправил, так как надо было посмотреть, что за человек, в конце концов: «Вот так, напрямую. Солнышко светит, ночи нет. Иди».

Вернулся Орел в лагерь, не прошло и двадцати минут подбегает к нему жена и говорит: «Ну что, ребята, не пора людей посылать искать, спасать».

А от чего спасать-то идти? Вот почему зона вышвырнула Федорова, говорили, бабу не бери с собой.

Через сорок-пятьдесят минут появился Федоров. С синими губами, весь трясется, глаза на выкате:

— Саныч, я все видел. Я видел сейды, эманации, я видел свечения.

— Как сейды-то выглядят? — Он же их ни разу не видел, ни сейдов, ни камней, ни кругов, ни пирамид. Он же никуда не ходил.

— Ну, знаешь, сейды это вот такое свечение. Я все видел, все нашел.

— Здесь, по пересеченной местности в одну сторону пятнадцать километров и пятнадцать в другую. Как ты за сорок минут смог пройти тридцать километров?

— Нет, я все нашел. Куда ты посылал, там я и был.

— Я посылал пятнадцать километров отсюда. Сейчас время десять часов утра. Дай бог, если ребята вернутся часам к двенадцати ночи.

Так и получилось — Медведь вернулся к одиннадцати, а ребята на два часа позже. А он злой на всех, и на своем настаивает. Ну, в общем, замкнул он на своем страхе. После этого вообще вышел из команды, но продолжает кого-то чему-то учить. Зона всё покажет, и все расставит по местам.

Август — для нас особенное время. Ты в прошлом году не был, не видел, что здесь творилось. Лунный культ саами. Пока это самое важное, что мы вообще здесь видели.

Орел тогда уехал наверх, на амфитеатр, откуда Финляндию в хорошую погоду видно. Я на амфитеатре ни разу не был. Он нашел туда дорогу и ушел с Татьяной. Он переночевал ночь на амфитеатре. Все хорошо, все красоты. А там от амфитеатра около километра такое место силы — огромный каменный овраг, как будто ты в каньон попал. И река там. И что удивительно, река течет по верху амфитеатра, по горе. Откуда, куда течет, мы еще не смотрели, но она через гору течет. Сутки он там пробыл, днем спустился. Но сегодня мне нужна была скала. Зачем она мне нужна, я еще не знаю. Вот идет путь прямого знания — тебе нужна скала. Я понимаю, что она нужна. И, когда информация идет путем прямого знания, отказываться просто глупо. Еще и получишь за это.

Ворон спрашивает:

— Где будешь ставить палатку на скале?

— Ты, Саш, поднимись, пошамань, там и место само себя подскажет.

Ворон ушел, быстро там натаскал много дров. Спустился. Я говорю ему:

— Ну что, поставил палатку. Там где пенечки, камень. У камня костер. Правильно, Саш. Все-таки мины, война, а тут камень. — Я еще не был там на этом месте. А этот камень и имел культовое назначение — костер.

Я с народом, я никуда от народа не деваюсь, не ухожу. И пока не поднимаюсь наверх, на скалу. Не потому что еще рано, а потому что меня не тянет туда. Это еще было днем, когда Орел приезжал. Я знаю, когда появляются два белых медведя из облаков — медведица и медвежонок. УККО. Значит, энергия зоны готова к тому, чтобы что-то предпринять.

Мы выходим на скалу. Облака, они и днем были перистыми, к вечеру выстраиваются в круг. Только они не по границе зоны прошли, а ближе к нам. Не идеальный круг, а круг разрывается, то есть идет полоса облаков по часовой стрелке. Прошла. Час прошел, эти облака по кругу прошли, и опять подходят. Те же самые крутятся. Но днем они были перистыми. А ночью они выглядели, как из симметричных завитушек, то есть получается узор. И мало того, узор проходит один слой перистых облаков, и еще один слой, и еще. Через них все видно, понимаешь. Даже если бы мы наложили десять слоев таких перистых облаков, через них все видно. Вот какая энергетика зоны, что она делает. И вот они кусочками идут, и луна, я не скажу фазу луны и число. Никто не знает. Я теперь знаю, как вычислять эти числа. Тогда было семнадцатое, просто никто не вычислит, оно не бывает в одно и тоже число. А мы у костра — я, Ольга, Медведь. Все внизу, а мы на скале. Естественно, вечером ко мне никто не пойдет, тем более без разрешения. Сидим, разговариваем. Меня заинтересовала луна. У меня напряг идет, спать не хочу, ничего не хочу. Не просто так. Я жду, просто жду, что будет. Луна идет старая, но еще не совсем старая. И вот, где луны не хватает куска, все это светится синим огнем — нереальным, ярко синим. Я сажусь на пенек, он сгорел потом, и сижу, меня снизу начинает подталкивать пенек. Бам — удар, опять удар. И опять путь прямого знания. Все уже сделано, мы уже запустили культ путем прямого знания. Мы нашли место, все соблюдено, только осталось сделать большой костер. А Ольга шла, как жертвоприношение. Но мы то Культа не ждали вообще. И мы начинаем разводить костер, правда, потанцевали еще кое-какие шаманские танцы. И начинается Культ.

Луна. Над луной появляется яркая точка, и идеально симметричные лучи из точки — треугольник, потом опять точка, лучи, треугольник, и все это на фоне перистых облаков. Но лучи настолько яркие, лазерное шоу отдыхает. Четко всё, яркие бело-желтые линии, как раскаленное золото. Потом появляется трапеция и космознаки. Много космознаков, и наши там космознаки были, и кресты были, и еще много чего. И это шоу почти на три часа. Ольга попыталась сфотографировать, но не готовы были к ночной съемке. Бежать вниз за чем-то, уже никто был не в состоянии. Я кричал: «Господи ты есть». Эти повскакивали там внизу, кто не спал. Тогда со скалы было слышно все.

Зачем этот Культ, я знаю. Осталось два. Я знаю, зачем восьмерка, знаю, зачем вот это. Конец Культа. Опять появилась звезда Давида, и пошли лучи по зоне. Так я нашел осьминога и прочие места. Практически, из двенадцати мест я запомнил пять хорошо. То есть лучи показали культовые места, где мы будем замыкать кольцо силы в свое время.

Есть зона материализации. Там можно материализовывать определенные вещи и дематериализовывать. Но туда нужно идти в последнюю очередь. А первый луч как раз опустился на осьминога, а пирамида — портал. Пока мы еще два Культа не найдем, мы не готовы пройти эти порталы до конца. Мы можем ходить только смотреть. Ты ходишь, смотришь, собираешь информацию. Пока не соберешь, не сможешь открыть четыре саамских Культа. Кстати это не саамские Культы. Саамам они тоже были переданы.

В этом году тоже был Культ. Но, когда Культ не открывается, видят только звезду Давида не продолжительное время. В этом году Толик кое-чего видел. Когда Культ закончился и рассвет. Такой, как взрыв ядерный на солнце. Натуральный такой ядерный гриб в виде солнца. И сияние редкое такое — линия изгибающаяся.

Все-таки получил я инфаркт в первой зоне. Но интересно что, во-первых, я приехал в Москву, из Москвы полетел в Ташкент, из Ташкента улетел в Астану, из Астаны прилетел в Москву. Ни один инфарктник такого не выдержит. Единственное, что я хотел, это вернуться в зону, потому что знал, там за счет нагрузки я это получил, и там все восстановится. Все так и получилось.

Мы зону не испохабим. Если туда сотни, миллионы туристов кинутся, зона будет защищаться именно от этой толпы. Защищаться будет так, что там потом никто не появится. Люди начнут умирать пачками. К болотцу подошел, удар по башке, через две недели вернулся в Петрозаводск — рак лимфы крови.

Вспомни про художницу. Рисовала гору две недели, приехала, перестала рисовать вообще картины. Стала делать кукол дивиков, теперь музей в Петрозаводске. Умерла в течении двух лет. Две недели побыла на горе, не зная, зачем и для чего. Не подготовленным людям там делать нечего. Без человека, который может с зоной общаться. Поэтому я не волнуюсь, что будет с этим местом, если узнают и поедут. Реальное Место Силы может само себя защитить.

— А война миров что значит? — спросил я, вспоминая рассказ про первый проход.

— Здесь и внешнее поле, и то, что называют силами добра и зла, темного и светлого, плюса и минуса. В определенные космические даты идет смешение этих энергий. Вот и появляется огненная восьмерка, которая качает энергию внутрь, в Планету. Это не с нас скачивают, а нам качают энергию. Это портал — энергетическое соединение. Мы получаем жизненную энергию для планеты. Для всей планеты, для существования. Откуда появляется нефть. Ну, нет месторождения, выкачали. Два года прошло, возвращаются, нефть есть. Такая волна по миру сейчас катится. Как так? Откуда она взялась? Миллионы лет пройти должны. Нигде не убавляется, и это восполнено. Давай вспомним древних, которые говорили, что газ, который мы сейчас добываем — метан, бутан, пропан — это легкие планеты. У человека есть легкие, а у планеты свой обмен газовый. Нефть — это печень планеты, а печень — единственный орган у человека, где максимально восстанавливаются клетки. Но чем больше мы качаем, тем больше мы убиваем планету.

Сейчас наука полностью пошла не тем путем — чисто техногенным. И все понимают, что это полный тупик. Каждый день вымирают определенные виды животных, мы идем к катастрофе. Отобрать сейчас у кого-нибудь машину и сказать, езди на лошадке, убирай за ней, корми ее, невозможно.

Самое страшное — это оттянуть людей от ящика — телевизора. Психотронное оружие это полная ерунда, Дима. Если какое-то государство тратит на разработку психотронного оружия деньги, то они идут кошке под хвост. А кошке под хвостом ни доллары, ни евро не нужны, ей все равно, куда в туалет ходить. Взять сейчас крутых магов и совместить это с приборами,  что бы все это работало, частоты там генерировали — это вполне реально. Жесткий гипноз и человек пойдет на самоубийство.

Деньги нужно вкладывать в носитель. Вот возьми наш первый спутник в космосе — у нас есть носитель, который донесет нашу боеголовку куда угодно. Вот он носитель — телевизор. Уже выдумывать ничего не надо. Этот носитель все, что угодно, в башку вложит без затрат.

То же и мировая компьютерная сеть. Информация не может быть мертвой. И когда-нибудь ее соберется в сети столько, что она станет разумной. Информация вечная и живая. Что было раньше, Дима, курица или яйцо?

— Яйцо.

— Сначала была информация. Не было ничего. Была великая пустота. И великий напряг. Сначала была информация напряженного поля. Как только она свою критическую массу превысила, мы получили сверхвзрыв. Как только критическая масса в сети превысит определенный предел, информация станет живой. Она станет разумной, и не будет подчиняться человеку.

Два года назад я много сидел за компьютером. Чем больше я общался с компьютером, тем лучше он работал. Так с кем ты разговариваешь? С железкой? Ты разговариваешь со всей сетью. Она уже разумна. Можно ничего не знать, он тебе сам все скажет. Информация уже живая, но еще не настолько разумна, чтобы нагадить нам. Не будет она никогда служить в пользу. Там дьявол спрятан. И в книжках.

Ученые к 2010-2012 году собираются два атома золота взять, разогнать выше скорости света и столкнуть — получить антиматерию — новое вещество. А если пойдет реакция, в антимир же будем переходить. Это что, такой квантовый переход? Это рванет так, что никого не останется. Появится всепоглощающая черная дыра. Мир существует, пока существуют черные дыры.

В понятии космоэнергетики черная дыра — это реликтовое излучение, это даже не антиматерия, это то, что было до большого взрыва. Это куски поля, которое не задел взрыв. Но черная дыра стремится к восстановлению информации, вот она и поглощает все, что рядом. Вернуться в первоначальное состояние. Чем больше она ест, тем больше она растет. У нее тоже есть критическая масса, когда она уже не сможет держать свою гравитацию — она захлопнется. Черных дыр становится меньше. И будет становиться меньше. Как только вся информация станет цельной, то есть, как только критическая масса информации будет достигнута — будет еще один переход, либо к великому напряжению, либо к пустоте. Или есть еще предположение о кристаллизации Вселенной. Черные дыры растут и захлопываются, при их захлопывании обязательно будет либо сверхновая — это огромная новая Галактика,  или Черная дыра может стать карликом. Напряг поля такой. Все рождается, и все пожирает друг друга.

Также и другие миры, они живут по этому принципу, поэтому и война миров. Толтекский мир грибов. Его основное питание это цвет, узоры, краски. Но он же тоже питается, поглощая электромагнитную волну света. Все пожирает друг друга. Бактерия жрет, травка жрет, мы травку жрем и так далее.

А в этом году кусочек Культа уже прошел, но мы все равно останемся, будем ждать. Хотя и погода портится, не очень хороший знак. Дорога была тяжелой, и в поезде и на автобусе.

— Восемь часов ехали на автобусе. Люди блюют. Такая грязь. — Вспомнил я нашу дорогу.

— А почему так ехали, потому что попались два не хороших человека.

— Три.

— Два с половиной, можно сказать. Поэтому и погода такая. Которые ребята более менее нормальные уйдут и увидят то, что нужно.

***

Погода действительно испортилась после начала первых маршрутов, на следующий день после группового сеанса. Август в Карелии — обычно самое лучшее время. Тепло и солнечно, ягод полно, грибов. Да и ночи еще не такие холодные  и темные, как осенью, лето все-таки. Но в этом году погода была прямо-таки осенней. Небо затянуло тяжелыми тучами, не переставая, моросил холодный дождик. Притянули, ничего не скажешь.

Вчера я повел группу мужчин на гору. Интересный проход получился, хоть и ошибку я допустил по неопытности серьезную. День начинался тепло и солнечно, облака в небе рисовали узоры, как это часто бывает здесь. Маршрут нам предстоял не близкий: километра четыре по грунтовке, до старого кратера, и дальше — все пятнадцать по пересеченке, по направлению, на интуиции выйти на гору.

Настроение мое и людей подстать солнечному дню. Мы расслабились и радовались, шли не торопясь, но уверенно, не плутая. Гора тянула нас очень мощно, даже новички, ни разу здесь не бывшие, без ошибки чувствовали направление. Мы останавливались на скоплениях сейдов, отдыхали, брали потоки, кто-то даже успевал выйти в быстрый информационный сон. И опять повышенный эмоциональный фон, шутки, смех. А нужна нейтраль. Только потом я понял, как нас скачали, а запасов такой энергии не у всех достаточно. Вот и получилось, что когда мы вышли на вершину, люди оказались в минусе. У многих опять начались чистки, погода стремительно испортилась.

Как бы то ни было, гора поделилась с нами своей огромной силой. Как всегда, каждому объяснила и показала свое. Участники прохода опять вернулись в хорошее расположение духа.

А небольшое существо решило немного поиграть. Информация, разжечь костер, пошла Анатолию из Казани. Толик — человек с разносторонним жизненным опытом, как и большинство здесь. В последнее время он добился значительных успехов в  целительстве, в своем городе он уже помог сотням людей. Уверенность и лидерство исходили от него, а это ключевые состояния для работы с энергией. Таким он стал и здесь, в аномалке.

Он разжег костер, к нему подошло еще несколько человек. Внезапно пламя поднялось на высоту больше метра, что было явно не нормально, для небольшого количества дров. Костер загудел, разгоняя энергии, и все увидели прямо на огне голубой шар. Существо решило показать себя, поиграть с людьми, и кто знает, может чего-то подарить нам. Исчезло оно так же внезапно, как и появилось, а пламя резко упало. Это был прямой контакт, огромная удача и доверие.

В том состоянии, в каком мы находились на горе, такие вещи воспринимаются правильно. Стоит раз побывать там, чтобы понять, что это такое. Состояние транса, в ушах стоит гул, реальность идет туманными слоями, проходят и краски. Так идет чужеродная для нашего восприятия энергия другого мира. А этот портал наработан тысячелетиями культа саами и их предшественников.

Чем большими знаниями и потенциалом обладает человек, тем сильнее его транс, тем дальше он уходит в другой мир. Тем сильнее и жестче его будет учить. Но и новичкам достается тоже немало. Пройти сто метров по ровной каменной гряде удается с трудом. Хочешь ты или не хочешь, но что-то ты оставишь здесь навсегда. Взамен на то, что подарит тебе гора.

Все взяли свои уроки, как всегда кому-то пришлось многовато, но гонок не было. Мы спустились вниз и в расчетное время были в лагере.

***

На следующий день погода испортилась окончательно и бесповоротно. Я же устал от лагерной жизни, от энергетического давления на основной лагерь. Я предчувствовал новый урок, и меня тянуло на скалу.

Собрав свои вещи, я перенес туда маленькую палатку, и быстро восстановил свой июньский лагерь. Здесь все, как дома: запущенные потоки молотят, не переставая, а с горой вообще прямой контакт. Гора после вчерашнего прохода гудела во всю. Этот звук становится тише или громче, но слышат его все. Похож он на работу огромного подземного механизма. Днем к нему привыкаешь, а ночью становится не по себе. Особенно осенней ночью, а ситуация, которую мы вместе создали, похожа на осень. Ночью — дождь и ветер, да еще не перестает этот гул. Палатку мою не тревожили, наработанный круг держал пространство, но и костер, конечно, делал свое дело. Я держал его всю ночь.

Присутствие большого существа я почувствовал под утро, когда задремал. Большая сила была рядом, и я мгновенно проснулся. Давление и мощь, шевелится, и вылезать я не стал, тихо лежал и смотрел на свечение сквозь тент палатки. Длилось это не долго. Большой шар голубого света сместился от входа в палатку в сторону, потом вытянулся в линию. Напряжение его силового поля стало еще сильнее, до меня доносился характерный треск, с каким иногда горит электропроводка, в стороны отлетали маленькие искорки. Я никогда не видел такое крупное существо и так близко. Никогда не думал, что оно может нести такое количество энергии. Полоса рядом с тентом была ярко-голубого цвета, около пяти метров длиной. Больше всего это было похоже на, мгновение застывшую, молнию. Казалось, протяни руку, коснись и тебя сожжет в один момент.

Но и само видение длилось какие-то мгновения, превратившись в линию, существо сконцентрировало свою силу и мгновенно исчезло. Остаток ночи прошел без всяких происшествий, и я спокойно уснул.

***

Той ночью произошло преддверие контакта. Меня не оставляло ощущение, что со мной хотят познакомиться, и в очередной раз проверяют. Стоит подробнее рассказать о природе существ аномальной зоны.

Видение существ идет сравнительно легко. Объясняется это достаточно плотной, оформленной структурой. Существа обладают ядром или телом — сгустком энергии, и аурой. Аура существ более плотная, чем человеческая, и всегда абсолютно целая, для них это залог существования на нашем плане.

Такие существа могут жить без изменений десятки и сотни тысяч лет, но есть у них и подобие смерти, для них это перерождение. Они бесполы, но способны в нашем восприятии принять мужское или женское описание. Они текучи, легко трансформируются, способны к мгновенному перемещению. Разумны все формы энергии, но ряд существ являются носителями более совершенной информации, чем допустим у нас. Соответственно они более высокоразвиты, но при правильном стечении обстоятельств, они способны к контакту, к передаче своих знаний. Информация может идти на запрос, с последующей расшифровкой, визуально прямо на ауре и ядре существа. Можно увидеть и космознаки, и иероглифы, и клинопись. Идет информация и в ликах на ядре, тогда можно увидеть формы перерождения этого существа, как оно существовало раньше или существует в других мирах.

Конечно, вся эта информация идет с акцентом человеческого восприятия, мы можем увидеть лишь то, что можем увидеть. То, что есть в базе данных наших визуальных образов, а она очень скудна. Вот и видим ангелов, демонов, животных, мифические персонажи и еще невесть что. Но это видение не информативно, оно лишь подчеркивает несостоятельность для реального восприятия, нашего визуального ряда. Самая большая проблема выйти на один уровень понимания с существом. Многие из них никогда не были людьми, и понять им нашу логику практически невозможно. Как невозможно и нам что-то донести до них. Существа абсолютно не агрессивны, в отличие от человека, страхи относительно их надуманы. А все случаи негативных проявлений с их стороны инициированы нашим отношением. Они отражают наш ментально-эмоциональный план и могут проявить в нас то сокровенное, что скрыто и не понятно нам самим. Они есть такие, какие есть, могут и нам объяснить, кто мы, но условие с нашей стороны — абсолютная нейтраль. Любая деятельность мозга создает помехи в передаче.

Удивительное достижение учителя — это взаимодействие с этими существами наяву, в нашей системе отсчета, а не во сне, как было описано у Монро. Физическое тело полностью вовлечено, закачка информации идет на всех планах. Могут они и поиграть с нашим телом.

Одно из высших существ, с кем установлен постоянный контакт — огромная медуза, достигающая на нашем плане нескольких десятков метров. Это не значит, что она такая большая всегда, в своем мире она может уплотниться до размеров букашки. Это существо не раз появлялось над крупными городами, о нем не раз писали уфологи. Энергия ее мира смертельна для человека, пройти за ней, в ее реальность, на физике невозможно. Но и предложения умереть, чтобы перейти, стать более эволюционно развитым и получить знания, мы не рассматриваем. Пока. Действительно, для них нет таких понятий смерти, как у нас. И когда они находят возможность переродиться на новом витке эволюции, они делают это. Эволюция — цель и путь их существования, в отличие от людей. Поэтому для них вполне естественно предложить это и нам. Стоит ли принять такое предложение, человек решает сам. При этом стоит помнить, что иммиграция от туризма существенно отличается.

Различие в восприятии, запредельный для тела барьер энергий вовсе не означают невозможность контакта. Если у человека есть зов, намерение получить знание, существо такого уровня может выставить защитный фильтр энергий и закачать человека более безопасным потоком. Пройти такое удавалось некоторым из нас. А если зова нет, человек не увидит существо, хотя и будет смотреть на него в упор.

Стоит понять высочайший, по отношению к нашему, уровень развития многих существ Космоса, находящихся на нашей планете. К ним можно отнести и физические НЛО. Войны с ними — бред фантастов, никто никогда не будет с нами воевать, столь низко развитая раса просто никому не нужна. Но уничтожить жизнь на Земле они могут быстро и сразу, но только в случае реальной внешней угрозы с нашей стороны. Современный человек агрессивный, вооружен технологиями, не понимая ничего, с непонятными намерениями вторгается в колыбельные пространства давно ушедших цивилизаций. А как еще можно понять проекты заселения Марса и других планет? При условии, что своя планета еле дышит. Человечество — это чума, и вопрос его жизни в современном варианте уже решен, осталось только оптимизировать сценарий.

«Хотя бы на один час остановить войну на планете, — говорил Петров. — Этого будет достаточно, чтобы, при рассмотрении ситуации в пространстве вне времени, у нас появился шанс». Но мы то хорошо знаем, что это не возможно. Тигр не убивает себе подобных, волк не убивает, а человек убивал всегда. Наличие разума и абстрактного мышления само по себе не делает человека высокоразвитым. Животные оказываются куда более совершенными.

Такая ситуация хорошо понятна всем высшим существам, понятна она и осознанным людям. Но вернуть утраченное доверие к человеческой расе не так-то просто, даже к отдельным ее представителям. Это требует времени и серьезной самоотдачи от ученика, достижение внутренней нейтрали, реализация принципа подобия высшему. Здесь роль учителя более чем важна. Если учитель, уже прошедший этот путь, доверяет тебе, то и они возможно поверят. Но все равно уйдет время, они никуда не торопятся, потому что находятся вне времени и не обязаны нас учить.

Так или иначе, но большинство участников прохода коснулись неземной энергии других разумных существ. Каждый в своей степени, так было всегда. Путь индивидуален, и каждый из нас достоин тех знаний, каких достоин. Постичь физическую природу субстанции света для нас немыслимо, барьер восприятия. Но уроки есть и такие, это уже высшие знания. Матрица живой природы, реального мира то и дело выводит ищущего в этом направлении.

Зов — это главное, что должен иметь человек для выхода на уровень контакта с высшими существами. Внутреннее намерение этого Пути. Оно идет от реликтового мозга подсознания, от сердца. Такой язык понятен им, но нужно еще и быть достойным этого Пути. Готовым больше отдавать, чем брать.

Понять свой зов головой не сможешь, может, увидишь какие-нибудь образы, может нет. Главное внутри, знание придет к тебе само. А вот если не смог остановить рассудочную деятельность, находясь в энергии портала — жди шизофрению. Для этого уровня нужно уметь полностью останавливать любые мысли.

Здесь существа горы всегда рядом, они ведают пути людей и животных, управляют погодой, создают особые моменты — культы. Огромная медуза обладает запредельным для человека информационным излучением, но через фильтры это действие сглаживается. Первый раз, осознанно, я попал в поле этого существа в июне этого года. Тогда был день приезда Орла. Он приехал вечером, а утро началось свечением с северо-востока. Мы встречали восход на скале. Все небо было в ярко-красных и оранжевых тонах. Цепочкой на горизонте висели золотые облака, такие картины бывают только здесь. Потом я понял, что работа такого существа сопровождается особыми явлениями, да, и еще  ты начинаешь видеть.

Стоило на мгновение сместить восприятие, и я перестал видеть скалу, какой она есть, вместо этого я увидел саму медузу лилового цвета. Мы все находились в ее поле. Она была действительно очень большой и покрывала все вокруг.

Для контакта на нашем уровне самое главное — увидеть цвет энергии. Красный и оранжевый — опасность, желтый — переходный, зеленый — контакт успешный. В общем, все просто, и ни чем не отличается от городского светофора. Высшие цвета — лиловый и фиолетовый, высокая информационная ценность. Стоит понять, что цвета — это особенность нашего восприятия, но этим языком контакта пользуются и другие существа. В открытом пространстве цвет как свет, он один, и он белый. Переход в белый человеческой ауры говорит о высшей духовности, это Абсолют.

Легче всего увидеть существ, относящихся к солярной матрице. Шаманы многих народов верят, что часть нашей души бессмертна, неизменна, и принадлежит Солнцу. Солнце — созидающая жизненная сила, поэтому многие обряды и ритуалы были предназначены, чтобы понять, распознать ту неизменную часть души, которая принадлежит Солнцу. Информационная матрица Солнца огромна, потрясает воображение. Увидеть ее возможно, обладая необходимыми настройками. Но смотреть можно только на восходящее или заходящее солнце. Видение часто начинается с остановки лучей. Лучи становятся отчетливо видны, и тянутся прямо до солнца. На этих остановившихся лучах или рядом с ними можно сразу увидеть и солярных существ, чаще всего они мелкие, переливающиеся всеми цветами, но бывают и крупные, янтарного цвета, эти близко к человеку не подходят, их часто можно увидеть на линии горизонта. Затем можно увидеть саму информационную ауру солнца. Она огромна, но зависит от активности светила. Чаще она идет янтарным цветом, но может переходить и в лиловый. Красота этого зрелища вкупе с облаками потрясающая.

В городе, наблюдая закаты со своего балкона, я часто настраивался на матрицу Солнца. Такая настройка позволяет видеть и другие энергии, например энергии города. Чаще всего это структуры черного цвета, ярко контрастирующие с матрицей Солнца. Самое удивительное, что в процессе такой настройки любым видением можно управлять. Перемещать эти структуры, убирать их. Силу для работы, как и видение, дает солнце. Владимир Александрович Петров, обучая учеников видению, часто советует использовать внешние источники света. Мозг через сетчатку глаза глубоко воспринимает яркий свет и начинает проявлять невидимые при обычном зрении структуры.

Когда солнечный свет чистый, как здесь в Карелии, не перебивается другими потоками, можно пойти в видении дальше. Тогда открываются информационные структуры самой матрицы Солнца, идут солярные знаки, открывается реальность янтарного света, населенная существами. Янтарные существа редко идут на контакт, но при должной степени доверия их можно вызвать. В свое время учитель продемонстрировал, как это делается. Это было здесь же на скале. Он позвал существо, и через некоторое время оно отделилось от информационных нитей своего мира, изменило окраску кокона, стало зеленовато-голубым. Это цвет более комфортный для человеческого плана, он означает возможность взаимодействия. Тогда нам хотелось его сфотографировать, что мы и сделали, удалось даже записать его движение на видео.

Настройка на матрицу Солнца дает сильный эффект памяти сетчатки. Если после правильно выполненной настройки закрыть глаза, солярные знаки и структуры долго продолжают считываться мозгом, можно получить индивидуальную информацию или урок от матрицы Солнца.

Мне не забыть свой первый опыт подобного урока, произошедшего в свое время на горе. Солнце тогда стало большим и заслонило собой все. Все исчезло в предзакатном свете. Я сидел на уступе скалы, а Солнце было рядом. Потом я увидел нити, исходящие во всех направлениях, бесконечно переплетаясь. Часть нитей шла ко мне. Я видел Солнце и внутри себя. Видение перешло внутрь вслед за шаром, отделившимся от солнечного света. Шар полностью накрыл меня. Нестерпимый жар, меня бросало в пот, и вновь экстаз. Кругом сверкающие нити, сияние Солнца на все Небо, и больше ничего.

Такой урок может получить практически любой. Некоторые люди более склонны к визуальному восприятию, тогда их уроки проходят в виде образов. Так идет раскрытие подсознательной матрицы, эти образы ни в коей мере не являются придуманными. Уроки в виде образов часто принимают четкую направленность, и более конкретизированы для сознания. Мир образов может быть чрезвычайно захватывающим, но имеет отношение только к подсознательной матрице самого видящего, и информация актуальна для него эффектом своего понимания, внутреннего озарения и просветления. Если такого видения нет, если идут просто цвета или только ощущения, это не значит, что работы нет. Основная задача в раскрытии видения — не видеть свои образы, а увидеть реальный мир, где нет ничего человеческого, нет наших визуальных стереотипов. Увидеть настоящие энергии, перейти границы цвета, понять, что цветовые потоки одна из граней восприятия. Любая энергия — самосознающая, и у нее нет одного цвета, она состоит из всех цветов одновременно, и лишь наше восприятие выбирает цвет и строит форму. Выходя на видение внешнего поля, люди продолжают строить и там свою реальность, воспринимать обычный мир в сочетании с новыми структурами. Но так работает защита нашего сознания при выходах в чистое восприятие.

Солярные настройки принесли много нового мне и в дальнейшем. Тот первый урок солнечной матрицы был совсем другим. Сейчас все идет гораздо тоньше. Я научился видеть информационные линии солнечной матрицы, пронизывающей все пространство не только днем, как обычные лучи, но и ночью. Это постоянно действующие каналы взаимосвязи, объединяющие Солнечную Систему в единый информационный план. А то, что вся Солнечная Система живая, для меня уже не вопрос. Как и то, что можно осознать свою целостность на этом уровне, почувствовать свою общность со всеми планетами и конечно с самим Солнцем. С информационным планом Солнца и планет можно работать, решать непосредственные практические задачи. Получать информацию, выходить на новые контакты.

Я увидел пространство, пронизанным тонкими невидимыми лучами. С ними связаны свои существа, одни яркие, переливающиеся, шарообразные, с ядром в виде глазка, другие, светящиеся белым, сигарообразные зонды, нанизанные на эти лучи и мгновенно перемещающиеся по ним в любую точку. Находясь в глубокой медитации, я открыл глаза и увидел свое тело, соединенное с этими нитями. Зонды спустились по нитям и вошли внутрь меня. Ощущения очень тонкие и непередаваемые, приятное тепло в суставах и внутренних органах.

Так уж устроен человек, что хочет все понять и сразу как-то новое знание применить. А ведь высшие знания раскрываются не сразу, стоит еще не раз испытать себя, чтобы стать их достойным. Но торопиться некуда, мы вечны, и полученное, рано или поздно, обретет свой смысл. На нашем пути самые сильные эффекты — первые, когда чистится тело, когда застоявшаяся в подсознании информационная мощь обретает свой выход. Дальше знание, как заточка клинка, все тоньше и филиграней. Поймать проявление высшей матрицы сложнее, увидеть ее — большая удача