«Ведьмин Лес», Альбина

— Место есть одно, информация идет, нужно ехать, — сказал Дима и уткнулся в комп. Заглядываю через плечо — в Интернет ушел. Хорошая штука эта информационная сеть. Про все можно найти нужную и не нужную информацию. Поисковик, пару секунд и куча сайтов.

— Место женских энергий, — выдал Дима через час отсидки в Интернете.

— Почему женских? Там что так написано.

— Нет. Поедем, увидишь сама.

— Ну и где оно находится-то?

— Где-то в Калужской области.

— Как это где-то, ты что карты не нашел.

— Тут написано только о ближайшем к нему населенном пункте, а дальше с проводником.

— Интересно, и где же мы будем искать этого проводника? Ладно летом, но зимой кто решится по бездорожью ехать, а потом еще идти куда-то. — Мое женское чувство самосохранения явно давало о себе знать.

— Сами найдем. По зову.

Мои чувства по поводу предстоящего путешествия начали раздваиваться. Ехать зимой в глухомань по сугробам на паркетнике, да еще потом оставаться в лесу ночевать — все это не внушало оптимизма. Но загадочная фраза по поводу женских энергий, его уверенность и бодрый настрой меня вдохновляли.

И через неделю, зарядив термос пуэром и прихватив пару шоколадок, мы двинулись в путь. Дорога прошла без особых приключений и через три часа, выпив весь чай и съев одну из шоколадок, мы были где-то рядом. Тут Дима начал включать свое чутье, и с расчищенной асфальтовой дороги мы свернули влево на заснеженную. Слева и справа лес — только сосны и ели в снеговых шапках красуются, ни указателей, ни вывесок, и ни одной живой души. Едем, едем — красота, пейзажем любуемся, окна приоткрыли, воздухом свежим дышим. Проехали несколько развилок.

Чувствую, не туда едем, но молчу. Ладно, думаю, если места не найдем, хоть в лесу погуляем, сосны то какие, аж светятся. Солнце к закату уже клонит, снег в его лучах сверкает и переливается всеми цветами радуги, как будто снежная королева одним взмахом разбросала свои драгоценные камни по обочине дороги.

Минут через десять за очередным крутым поворотом перед нами нарисовался угрюмо-заснеженный дачный поселок и опять ни указателей, ни вывесок и ни одной живой души. Но следы есть — дорога шла вокруг домов в объезд, значит, здесь кто-то появляется. И тут нам повезло — назовем это так. Около одного дома стояли две машины — «ока» и «уазик». Подъехав ближе, мы увидели хозяев — трое мужчин явно не в трезвом виде что-то бурно обсуждали, размахивали руками и матерились. Не долго думая, мы проехали мимо, здравый смысл подсказал не связываться с ними.

Едем обратно. Проехав метров триста до очередной развилки, Дима остановился. Стоит. Наверно на место настраивается, подумала я. Получается у нас два варианта, либо дальше пытаться самим искать, тыкаясь во все развилки, а их много, да еще одна развилка может перейти в две, поедешь по одной из них и еще наткнешься на развилку, в общем плутать можно бесконечно. А солнце все быстрее к горизонту приближается и уже первые сумерки начались. Да и мужики неспроста встретились, может к ним обратиться, вдруг знают, местные жители все-таки.

После недолгой паузы наш паркетник развернулся и поехал к мужикам. Дима вышел из машины, пошел разговаривать. Сижу, жду. Разговора не слышу, только громкий пьяный смех. Через пару минут возвращается.

— Ну что?

— Договорился. Нам сейчас дорогу покажут.

— Как, так просто?

— Да. Выпить то им хочется. Вот за бутылку и договорился.

Тут вперед выскочила темно-синяя «ока», нажав на газ мы помчались ее догонять. Она летела на большой скорости, лихо вписываясь в крутые повороты — мужики явно хотели продемонстрировать свои способности вождения и все прелести машины отечественного производства. Но погоня продолжалась не долго, и уже на четвертом повороте лихачество дало сбой и «ока» засела в сугроб.

— Я так и знал, что этим все закончится. — Сказал Дима и уверенно вышел из машины.

Один из мужиков уже вылез и, быстро оценив ситуацию, стоял наготове с тросом в руках. Прицепив его к своей и нашей машине, он начал командовать своему дружку, что делать дальше. Мне же оставалось только радоваться такой оперативности. Но радость быстро закончилась, когда через пару безуспешных попыток выдернуть машину, трос порвался и двумя извивающимися змейками безнадежно лег на снег.

Но и тут мужики не растерялись, видимо частенько попадают в подобные ситуации. Махнув рукой Диме — иди на помощь — втроем, поднатужившись, они приподняли «оку» и вынесли ее из сугроба на дорогу. При виде этой картины у меня началось нервное хихиканье, а в глубине души появилась четкая уверенность, что сегодня мы точно попадем туда, куда нам надо.

С гордым видом мужики погрузились в свой авто, но поехали гораздо медленнее и аккуратнее. Мы опять выехали на ту дорогу, с которой сюда свернули и поехали совсем в другую сторону. Да, подумала я, интересно, сколько бы мы плутали, если бы решили поездить по тем развилкам сами.

Немного проехав по вычищенной до асфальта дороге, мы опять свернули на заснеженную — две бороздки от некогда проезжавших здесь машин, по бокам густой лес и, как всегда, ни одного указателя. Но легкая и юркая «ока» шла уверенно и через пару километров остановилась.

— Все. Приехали, — на полном серьезе сказал один из наших новоявленных знакомых, медленно вылезая из машины. Он указал на лес и удалявшиеся вглубь него лыжные следы.

— Спасибо. — выполняя договоренность, Дима вложил ему в руку сторублевую купюру.

— Но место здесь гиблое, — внимательно посмотрев на нас, добавил второй. Наверно увидел мой растерянный вид и решил окончательно напугать, подумала я.

— Да, мы немного погуляем, посмотрим и вернемся обратно, — заверил их Дима.

На этом мы распрощались, и довольные, радостные мужики поехали в магазин за вознаграждением, а мы немного постояв и осмотревшись вокруг, поехали по полному бездорожью навстречу приключениям.

Снег оказался достаточно глубоким и машина неслась по траектории плавной волнистой линии. И так же плавно мы пересекли первую границу, отделявшую это место.

— Вот, здесь начало Ведьминого леса.

— Красивое название, интригующее.

Красивым оказалось не только название. Оглядевшись по сторонам, я заметила вокруг нежное розовое свечение, исходившее со всех сторон. На розоватый снег падали розовые тени деревьев, их стволы и ветки тоже имели розоватый оттенок. Посмотрев вверх, я увидела, что на небе замерли розовые облака, а в воздухе вибрирует розовая сверкающая пыльца. Протерев глаза, и убедившись, что розовых очков на них нет, я расслабилась и почувствовала этот цвет всем телом.

— Надо ехать, а то скоро стемнеет, — услышала я голос Димы, и на этом мое первое знакомство с местом закончилось.

— Как, заметила что-нибудь? — уже в машине спросил он.

— Да, все розовое. Уникальный и редкий цвет, да еще в таком изобилии. Первый раз такое вижу.

Вторая граница на наше удивление совпала с указателем и планом места — среди леса это смотрелось немного странновато, особенно после предыдущих многочисленных разветвлений дорог и поворотов без единой вывески.

Граница ощущалась как вхождение в более плотный энергетический поток и повышение частоты вибрации. Место начало звенеть, и этот звон стал медленно проникать внутрь, доходя до кончиков пальцев рук и ног, не пропуская ни одной клеточки моего тела. Розовое свечение усилилось. Посмотрев на Диму, а потом и на себя, я поняла, что мы тоже начинаем светиться розовым.

Розовый — цвет далекой детской радости, цвет нежности и ласки, цвет заботы и беспристрастной любви. Цвет, который, обволакивая, волнует тебя в глубине подсознания.

На любое место силы лучше входить медленно, постепенно. Шаг за шагом можно знакомиться, соприкасаться, находить свой язык для общения. Такой гармоничный вход дает мне почувствовать Ритм места, сонастроиться с его энергетическими потоками.

Проехав еще немного после указателя, мы увидели, что дорога резко кончилась и перешла в узкую пешеходную тропинку, которая в это время года была все той же лыжней.

— Все, дальше пешком. — Дима вышел из машины и уверенно зашагал вперед.

Я с меньшим энтузиазмом пошла следом, проваливаясь иногда по колено в пушистый розоватый снег.

Пять минут ходьбы, и мы вышли на местное чудо цивилизации — костровище с лавочками. Здесь недавно горел огонь, угли были еще горячими, и при ветерке тоненькой струйкой от них шел ароматный дымок. Рядом лежали дрова и много не тронутой еды — хлеб, сало, колбаса, яйца, яблоки. Видимо лыжники оставили. Обычно в таких местах есть не хочется, энергией насыщаешься. Но оставшаяся шоколадка тайком грела душу и желудок.

Положив на догоравшее костровище толстое полено, чтобы просохло к нашему приходу, мы продолжили путь вдоль знакомой лыжни. Дорога была не из легких, снега к концу зимы намело достаточно для того, чтобы наша походка превратилась в физические упражнения по поднятию ног и выдергиванию их из сугробов, куда они успешно проваливались местами выше колен.

Такая ходьба дает интенсивное наполнение энергией земли — через ступни по ногам я почувствовала поднимающийся поток и наполнение им нижних энергоцентров. Затем мягкий теплый поток заполнил область живота, добрался до солнечного сплетения и начал раскрывать грудь. В жар бросило все тело. Я сняла шапку, шарф и варежки — грудь, кисти и ступни горели огнем. Я стала частенько останавливаться, переводить дыхание и осматриваться по сторонам. Лыжни уже не было, она закончилась метров через пятьсот после стоянки. Видимо лыжники, почуяв, что скоро стемнеет, не рискнули идти дальше. А мы прошли уже как минимум пару километров.

Лес становился все гуще и непроходимее, а плотность потоков начала слабеть.

— Мы были почти рядом, а сейчас начинаем уходить в сторону. Там была еле заметная тропинка уходящая на пригорок в ельник. Возможно нам туда. — Дима развернулся и пошел обратно.

Видимо духи места так захотели, отвели нас от цели, чтобы успокоились, осознали, где находимся и зачем пришли сюда. А может поближе познакомиться захотели, понять кто мы такие, прежде чем пустить к себе в гости и открыть свои тайны.

Оставшуюся часть пути до тропинки я мысленно разговаривала с духами — знакомилась, рассказывала им о себе, о том, как и почему я здесь оказалась, какое знание хочу получить, на какие вопросы ответить, и что есть у меня подарок для них.

Дойдя до той малозаметной тропинки, пробираясь сквозь ели, мы начали подниматься на крутой пригорок. Неожиданно ельник сменился многовековыми березами и соснами, а пригорок оказался возвышенностью, с которой мы увидели последние лучи заходящего солнца.

Это самый центр — основное место Ведьминого леса. Сосны и березы с изогнутыми стволами, толстая вся в расщелинах кора розового, а иногда и красного цветов и осинки с гладкой тонкой корой тех же цветов и оттенков. Как будто пару сотен ведьм разных возрастов принарядились и собрались в одном месте на шабаш.

Некоторые деревья стоят отдельно от других и рядом с ними больше ничего не растет. Их поле очень сильное и дает знать — это моя территория и вам здесь не ужиться. Около одной такой сосны я остановилась.

Прислонившись спиной и обняв ее ладонями, я почувствовала исходящее тепло. Закрыв глаза и расслабившись, я мысленно поздоровалась с сосной, назвала свое имя и стала ждать ответа. В безмятежной зимней дреме послышалось ее медленное дыхание. На вдохе оно согревало, на выдохе наполняло легким струящимся потоком. Уловив ритм, мое дыхание стало таким же медленным и спокойным, а перед глазами появился мерцающий розовый туман. Еще один вдох и на выдохе туман рассеялся, и я оказалась на берегу озера в лесной чаще. Лето, бабочки над цветками порхают, вдалеке слышится пение птиц, росинки в лучах солнца радужно переливаются, грибами пахнет. Ветер лихо гуляет в листве высоких деревьев, склоняя их то в одну, то в другую сторону. Вдоль озера тропинка и по ней навстречу мне девочка лет пяти бежит, глаза блестят, весело смеется, в руках корзинку с грибами держит. Что-то уж очень знакомое показалось мне в ней. Подбегает, улыбается и руку мне протягивает.

— Побежали вместе, будем раков в озере ловить, там их столько! — в один миг выпалила она и округлила глаза.

Ее звонкий голос тоже показался знакомым. И глаза, и нос, и губы, и волосы — где-то я уже это видела, может немного по-другому. По коже пробежали мурашки — это же я! В детстве. В лесу в Белоруссии. Мы тогда с родней на неделю на озеро отдохнуть поехали. Вот радости-то было для городского ребенка. Огромное озеро с чистейшей водой и песчаным пляжем, купайся, сколько хочешь. Живые раки по берегу ползают, грибов на каждом шагу, даже искать не надо, и все белые. А ночью звезды, костер и уха из свежей рыбы.

Я беру ее влажную ладошку, и мы вместе бежим к озеру, смеемся и бежим. Навстречу дует ветер, развивает наши волосы. Над озером появляется розоватая дымка и с каждым шагом, приближаясь, начинает заполнять чудесный мир детства розовым туманом.

Всего несколько минут прошло, но этого хватило, чтобы, открыв глаза, увидеть мир по-другому, вспомнить и воспринять его по-детски, таким, какой он есть.

Продолжение следует…

Альбина